Рост военных расходов и масштабы затрат
Военные расходы России в первом квартале 2026 года достигли 5,908 трлн рублей, подсчитал исследователь Института проблем международной безопасности Янис Клюге на основании данных Минфина. Это на 29,9% больше по сравнению с тем же периодом прошлого года; относительно января–марта 2024 года рост составил 68,7%; по сравнению с 2023 годом — 129%; по сравнению с первым кварталом 2022 года — в 4,6 раза.
Доля военных расходов в бюджете впервые достигла 46% — каждый второй рубль ушёл на армию, отмечает Клюге. По его расчётам, в среднем военная машина «съедала» около 2,7 млрд рублей в час и 65 млрд рублей в день. Месячные траты на войну — примерно 2 трлн рублей — превысили годовой бюджет системы высшего образования (1,7 трлн) и бюджеты большинства регионов, кроме Москвы.
Засекреченные статьи и бюджетный дефицит
Основной прирост расходов пришёлся на засекреченные статьи: их объём в квартале вырос с 3,4 до 4,9 трлн рублей. В результате 38,2% всех бюджетных расходов (12,8 трлн рублей за квартал) оказались засекреченными.
По оценке Клюге, по итогам 2026 года военные расходы могут вырасти до 9–10% ВВП, что раздует бюджетный дефицит. В первом квартале дефицит составлял 4,6 трлн рублей, к концу мая достиг 6 трлн. Чтобы покрыть растущие затраты на оборону, Минфин предлагает заморозить гражданские расходы на 2,9 трлн рублей в 2026 году и провести секвестр бюджета на три года по всем статьям, кроме военных.
Дополнительные доходы от роста цен на нефть и возможных внешних факторов будут недостаточны: по расчётам исследователя, эти поступления значительно меньше 3% ВВП, необходимых для закрытия разрыва в оборонном финансировании.
С накопленным итогом с 2022 года война с Украиной, по расчётам Клюге, обошлась российским налогоплательщикам примерно в 53,079 трлн рублей (≈ $746,6 млрд) — сумму, сравнимую с десятками лет расходов на здравоохранение и образование или многолетними бюджетами крупных регионов.
Рост военных расходов и масштаб засекречивания значительной части бюджета ставят перед властями выбор между сокращением гражданских программ и дальнейшим увеличением дефицита.
